Розов Виктор
Розов Виктор
В поисках радости
Виктор Розов
В поисках радости
КОМЕДИЯ в двух действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Клавдия Васильевна Савина -- 48 лет.
Федор -- 28 лет; Татьяна -- 19 лет; Николай -- 18 лет; Олег -- 15 лет ее дети.
Леночка, жена Федора,-- 27 лет.
Иван Никитич Лапшин -- 46 лет.
Геннадий, его сын -- 19 лет.
Таисия Николаевна -- 43 лет.
Марина, ее дочь,-- 18 лет.
Леонид Павлович -- 32 лет.
Василий Ипполитович (дядя Вася) -- сосед Савиных.
Фира Канторович, Вера Третьякова - ученицы 8-го класса.
Действие первое
Комната в московской квартире, в старом доме, где-то в отдаленном от центра переулке. Справа -- дверь, ведущая в прихожую. Слева -- дверь в комнату, в которой живут Федор и его жена Лена. В середине, ближе к левому углу, дверь, которая редко бывает закрыта. Там виден небольшой коридор, заставленный домашним скарбом. В этом коридоре две двери по левой стороне: одна -- в комнату матери и Татьяны (та, что ближе) и вторая -- в кухню, и еще дверь -- прямо, она ведет во двор (черный ход). Когда эта дверь открывается, видна часть двора с только начинающими зеленеть деревьями, яркой травой, надворными постройками. В квартире голландское отопление. Правее от центральной двери -- два окна. Слева, почти у авансцены, стоит ширма, за которой, видимо, кто-то спит, так как на ширме висят брюки, рубашка и носки с резинками. Посреди комнаты -- небольшой круглый стол и старые сборные стулья. Комнате придают странный вид какие-то громоздкие предметы, укрытые материей, газетами, всевозможным тряпьем. Сейчас
они имеют фантастический вид, так как в комнате темно и только сквозь плотные шторы, вернее, через щели бьет яркий утренний свет. За ширмой горит свет -- маленькая электрическая лампочка.
Но вот она погасла.
Тихо открывается входная дверь. Стараясь не шуметь, входит Коля. Он подходит к буфету, достает ломоть хлеба, ест жадно, с аппетитом,--видимо, проголодался сильно. Подходит к ширме, отодвигает две ее створки (те, что на зрителя). За ширмой виден потрепанный диван со спинкой, на котором спит, лицом к стене, его младший брат Олег, и раскладная кровать -- постель Коли. Над диваном висит потрет молодого мужчины, а под ним на гвозде -- сабля. Николай сел на раскладушку, ест хлеб.
Олег (вдруг повернувшись, шипит). Ты дождешься, я маме скажу!
Коля продолжает есть.
Который час?
Коля. Пятый. Олег. Ого! (Нырнул под одеяло.)
Коля. Стихи, что ли, писал, полоумный?
Олег (высунув голову из-под одеяла). А ты -- бабник! (И скрылся.)
Коля продолжает есть, думая о своем.
(Снова высунулся из-под одеяла.) Ты знаешь, я ведь тоже люблю.
Коля. Чего, пирожки с мясом?
Олег. Я серьезно...
Олег (говорит, как на исповеди). Я... вот этого никто не знает... ужасно влюбчивая натура. Да, да!.. И давно!.. В четвертом классе мне одна нравилась, Женька Капустина... Хотел ее имя ножом на руке вырезать, да не получилось -- больно. Прошло... В шестом классе--Нинка Камаева... Я ее из жалости полюбил -- забитая такая была, тихая... Потом она в комсорги пролезла -- горластая стала -- жуть! -- разлюбил. А сейчас -- двоих... Да; да! Ну вот что такое -- сам не пойму. Мучаюсь ужасно!.. Верку Третьякову и Фирку Канторович... Верка -- каштановая, а Фирка -- черная... У нее глаза, знаешь, огромные и темно-претемно-синие... Я в Парке культуры анютины глазки такого цвета видел... Ну вот, клянусь тебе, наглядеться не могу! А у Верки -- коса толстая и до подколенок, а на кончике завивается. Как она ее носить не боится?.. Еще отрежут хулиганы на улице.
Коля. Они знают?
Олег. Что?
Коля. Ну, что ты влюблен в них?
Олег. Откуда же?
Коля. Не говорил?
Олег. Что ты! Так я им и скажу!.. Мучаюсь я очень... Как это у меня получилось -- сразу двоих, -- не пойму! Вот ты ведь одну любишь? Одну? Да?
Коля (нехотя). Одну.
Олег. Видишь, нормально! Я вот что придумал: напишу записку.
Коля. Кому?
Олег. Одной из них.
Коля. И что напишешь?
Олег. Не скажу.
Коля. А другой?
Олег. А другой ничего не напишу. Только я не решил, которой из них написать. Это, знаешь, самое сложное. Но решу я сразу, категорично... и никаких!
Коля. А на другой что -- жениться собираешься?
Олег. Я никогда не женюсь. Это-то решено твердо. Вон Федька наш женился -- вижу я! Вечером, когда ты ушел, тут опять чуть свара не поднялась.
Коля. Ругались?
Олег. Не очень. Я читал на диване, а они пили чай... Купила она шоколадных конфет, так мне только одну швырнула, как собаке. Хотел я эту конфету выбросить к черту, да не выдержал, съел... Сидят они за столом, и она его точит, точит... Все деньги в уме какие-то подсчитывает, о шкафах, о кушетках, о стульях разговаривает... Федьке ведь это неинтересно, а она его пилит, пилит!.. А он только: "Леночка, хорошо! Леночка, сделаю!" Тьфу!
Коля. Что особенного? Федор квартиру получает-- вот они и думают, как ее обставить. (Начинает снимать ботинки.)
Олег. А ты на Марине тоже жениться будешь?
Коля. Ну, спи!
Олег. Колька, не женись! Ну кому это вообще надо?! Занимались бы, понимаешь, люди делом, а то женятся, ругаются, пузатые буфеты покупают -разве это жизнь?!
Коля. Давай спать, Олег, не нашего ума это дело.
Олег. В общем, конечно, но обидно... Мне Федю жаль. Вечером к нему Леонид Павлович приходил... Ты знаешь, Леонид Павлович из-за нашей Таньки сюда ходит, честное слово! Она ему нравится. Татьяна, может быть, за него замуж выйдет... Только вот мне почему-то не хочется, чтобы за Леонида Павловича...
Коля. Он аспирант, зарабатывает хорошо, квартира есть...
Олег. А зачем все это? Я бы вот этот свой диван ни на что в мире не променял!.. Разве что на путешествия!.. Гена Лапшин тоже заходил на минуточку. Увидел Леонида Павловича и ушел. Они с отцом скоро обратно уезжают. Ему наша Танька тоже нравится...
Коля. Уж очень ты много видишь...
Олег. Все вижу и молчу. Думают -- маленький. Вот только тебе... Мне ведь, в общем, конечно, все равно, только интересно...
Коля (вешая рубашку на ширму). А чего не спал?
Олег. Сначала читал, а потом стихи сочинял в уме. Вчера туман над Москвой был, помнишь?.. Я и сочинил про туман.
Коля. Сочинил?
Олег. Не до конца.
Сегодня за окном туман,-
Открою двери и растаю!
Домов верблюжий караван
Куда-то в дымке уплывает.
Дороги шум и улиц гам
Как будто тонут в хлопьях ваты,
И я плыву по облакам,
И невесомый и крылатый...
Пока все.
Коля. Куда же ты плывешь?
Олег. Не знаю. (Задумался.) Давай спать. (Скрылся под одеялом.)
Коля закрывает ширму. На ширме появляются его брюки. Через некоторое время входит Клавдия Васильевна. Она прикрыла дверцу буфета, которую не закрыл Коля, посмотрела на ширму, достала из шкафа две рубашки, сняла с ширмы рубашки ребят и повесила туда чистые. За окном слышатся нечастые удары топора по дереву. Входит Леночка.
Клавдия Васильевна. Вы что рано, Леночка? Леночка. Поеду в центр. На Дмитровке, сказали, сегодня будут чешские серванты давать. Займу очередь. Клавдия Васильевна. Я поставлю чайник.
Леночка. Нет, нет! Что-нибудь на скорую руку. У нас, кажется, еще ветчина есть. (Ушла в свою комнату и быстро возвратилась со сверточком. Развернула его, села к столу, торопливо закусывает.)
Клавдия Васильевна. Может быть, повременить, Леночка?
Леночка. Такие серванты раз в году бывают, а квартиру мы получим самое позднее к августу -- дом уже достраивается. Вы думаете, я сама не понимаю, мама? Конечно, этим вещам здесь не место, могут попортить. Мальчики такие неаккуратные! Ну, вот! Кажется, кто-то рылся в книгах! (Подошла, приподняла материю, скрывающую какой-то предмет. Это -- груда книг.) Конечно! Нет седьмого тома Джека Лондона!.. Мы же просили не трогать! Подписное издание! Уж брали бы что-нибудь из современных -- не жалко!
Клавдия Васильевна. Это я взяла, Леночка. Не беспокойтесь, не испачкаю.
Леночка (укрыв книги). Побегу. (Завернула обратно остатки ветчины, унесла в свою комнату, быстро вернулась, одевается.)
Клавдия Васильевна. Оденьтесь потеплее, утрами еще холодно.
Леночка. Можно, я ваш платок возьму, мама? Мой -- новый, жалко.
Клавдия Васильевна. Конечно, возьмите.
Входит Таня. В это время Леночка убегает.
Таня. Куда это она помчалась? Клавдия Васильевна. В мебельный.
Таня. Скоро на голову будут ставить. Дохнуть нечем.
Клавдия Васильевна. Не твое дело.
Таня взяла чайник, ушла на кухню. Клавдия Васильевна отодвинула край ширмы, вынула у Олега из-под подушки книгу и отнесла ее в общую груду. Возвратилась Таня, отдергивает шторы на окнах.
Подождала бы.
Таня. Хватит им дрыхнуть.
В окна хлынул яркий солнечный свет. На правом подоконнике стоит большая банка из-под варенья, в которой плавают рыбы. На левом подоконнике--герань и распустившийся красный цветок, луковичный.
Денек! Специально для выходного!
Опять слышен стук топора.
Дядя Вася уже стучит в своем сарайчике.
Открывается входная дверь, в дверях -- Геннадий.
Геннадий (не входя в комнату). Здравствуйте, Клавдия Васильевна.
Клавдия Васильевна. Здравствуй, Гена.
Геннадий. Молоко принесли.
Клавдия Васильевна прошла на кухню.
(Тане.) Здравствуй.
Таня (буркнула). Здравствуй.
Клавдия Васильевна вышла из кухни с кастрюлей и прошла в прихожую. Геннадий все стоит в дверях и смотрит на Таню.
Закрой дверь!
Геннадий медленно закрыл дверь. Входит Федор.
Федор. Леночку не видели?
Таня. Украл Черномор твою красавицу -- в мебельный понес.
Федор. Да, да... Я и забыл.
Федор пошел умываться. Возвращается Клавдия Васильевна с молоком. В дверях показывается Лапшин.
Лапшин. Доброго утречка! Заварочки у вас не найдется, Клавдия Васильевна? Совсем мы с Геннадием в Москве с толку сбились -- водоворот! Столица мира! И угораздило в этот раз братца с супругой на курорт укатить. Еще хорошо, что ключ у вас оставили. Вот и мыкаемся. Ну, уж скоро в свою Вологодскую покатим.
Клавдия Васильевна. Значит, устроили своего быка?
Лапшин. Самое хорошее место дали. Красавец, чертяка! Украшение выставки!
Клавдия Васильевна. Теперь все домой?
Лапшин. Пора, погуляли.
Таня. Все-таки я не понимаю, зачем было с одним быком пятерым приезжать?
Лапшин (смеется). Так ведь каждому в Москву-то охота.
Таня (найдя чай). Вот, нашла.
Клавдия Васильевна. А вы садитесь с нами, Иван Никитич.
Лапшин. А что, не откажемся. (Кричит.) Геннадий!
Таня вышла.
Геннадий (в дверях). Чего?
Лапшин. В гости приглашают.
Геннадий. Я не хочу.
Клавдия Васильевна. Ты не стесняйся, Гена.
Лапшин. Хозяев не обижай. (Треплет Геннадия по шее.) Молодой, шельмец, робкий.
Клавдия Васильевна. Садитесь, сейчас все будет готово. (Прошла на кухню.)
Лапшин (сыну). Ты чего кочевряжишься?
Геннадий. Дай мне три...
В старой московской квартире живет Клавдия Васильевна Савина. У нее четверо детей, все живут с нею. Старший Федор - химик, кандидат наук, недавно женился. Его жену зовут Лена. Дочь Татьяна - ей девятнадцать лет - учится в институте. Восемнадцатилетний Николай работает в ремонтных мастерских. Младшему - Олегу - пятнадцать.
Утром Лена спешит на распродажу чешских сервантов. Им скоро должны дать отдельную квартиру, и поэтому Лена целыми днями простаивает в очередях за красивой, дорогой мебелью. Комната, в которой происходит действие пьесы, вся заставлена уже купленной мебелью. Мебель закрыта чехлами и тряпками, и к ней никто не прикасается, так как Лена боится что-либо «попортить». Она говорит с мужем только о мебели и о деньгах, «точит его и точит».
К Савиным заходят Иван Никитич Лапшин и его сын Гена. Они вот уже который год приезжают в Москву к брату Ивана Никитича, который Савиным - сосед. Лапшин пришел попросить «заварочки». Гене неловко. Он влюблен в Таню и стесняется своего отца, который предпочитает занять у другого, чем потратить свое. Иван Никитич все пытается женить сына и для этого купил ему аккордеон, чтобы «девок приманивал», так как с инструментом «уважение будет». Он считает, что молодежь растет слишком умная, много стала рассуждать. За завтраком он смеется над сыном, при всех рассказывая о нем разные смешные и нелепые подробности. Олег сочувствует Гене и, когда Лапшин пытается поучать и его, взрывается и делает Лапшину замечание. Тот обижается и уходит.
Олег извиняется перед Геной и говорит, что не терпит, когда людей оскорбляют. Гена же говорит, что со временем Олег к этому привыкнет. Он бесстрастно рассказывает о том, что отец бьет его и мать. Олег в ужасе, а Гена говорит, что «дубленой коже износу нет», вытаскивает из отцовского пиджака сотню, прячет. Олег опять ужасается, но для Гены - все в порядке вещей.
К Федору заходит Леонид Павлович. Ему тридцать два года, он аспирант, хорошо зарабатывает, родители сейчас в Китае. Леонид ухаживает за Таней. Гена, увидев его, хочет уйти, но Олег останавливает его, чтобы тот посмотрел на рыбок, аквариум с которыми стоит на окне. Отходя от окна, Олег прыгает через новый письменный стол, за которым Федор разрешил Тане позаниматься, и опрокидывает пузырек с чернилами. Чернила заливают стол. Олег в ужасе. Они с Геной тщетно пытаются вытереть лужу. Гена собирается брать вину на себя, но Олег не соглашается: должна же Лена понять, что он сделал это нечаянно.
Лена привозит сервант. Она сияет, любуется вещью и рассказывает, что она из-за него вынесла. Олег пытается заговорить с ней, но она отмахивается, заводит разговор с Таней о Леониде, уговаривает ее выйти за него замуж, так как он - блестящая партия. Олегу наконец удается все рассказать. Перед этим он берет с Лены слово, что та не будет его ругать. Но Лена словно с цепи срывается, обзывает Олега «гадиной» и «хулиганом», а узнав, что это произошло из-за рыб, хватает аквариум и швыряет его в окно. Олег бросается за ними во двор, но не успевает: рыб съедают кошки. Вернувшись, он, плача, срывает чехлы с мебели, хватает саблю, висящую над диваном, и начинает рубить вещи. Потом убегает. Гена и Коля бросаются за ним. Лена, как безумная, мечется от вещи к вещи. Федор растерянно бегает за ней следом.
Часть вещей выносят. Лене плохо. Дядя Вася - сосед Савиных - обещает починить испорченную мебель. Клавдия Васильевна беспокоится, что Олег убежал из дома. Леонид и Таня остаются одни. Леонид использует момент, чтобы еще раз напомнить Тане о своих чувствах. Таня его не слушает: ей нужно выговориться. Она вспоминает, как дружно и счастливо они жили когда-то. Теперь все это изменилось, так как изменился Федор, которого все очень любили. Таня интересуется, как к Федору относятся на работе. Леонид говорит, что их коллектив - вечная склока, борьба. Федор «танцует на прежней высоте, желая взять от нее все». Ему стали завидовать. По словам Леонида, Федор вырабатывает свое поведение в жизни. Таня поражена и разочарована.
Федор пытается успокоить Лену. Та упрекает мужа, что он привык жить в «клоповнике целым кагалом», что ему на нее наплевать, что все ее оскорбляют и ненавидят и что она больше здесь жить не желает ни одного дня. уходит. Федор пытается оправдать Лену перед матерью. Но она только сожалеет, что сын становится другим, мещанином, что он давно уже забросил свое «заветное» дело и вряд ли у него будут силы его продолжить. Говорит, что хорошая жена должна в первую очередь заботиться о человеческом достоинстве своего мужа. Федора зовет Лена. Разговор прерывается.
Приходят Олег и Геннадий, который прятал Олега в своей комнате, пока не улегся скандал. Гену уводит отец - собираться домой. Входят Федор и Лена. Лена пытается побить Олега. Федор их разнимает. Когда Лена уходит, Олег говорит, что отдаст все деньги за мебель, когда вырастет, и замечает, что Федор плачет. Приходит Гена и дарит Олегу новый аквариум. Олег сначала радуется, но, вспомнив, что рыбы куплены на украденную сотню, отказывается от подарка.
Лена просит Леонида пустить их с Федором до осени пожить к себе. Леонид согласен. Федор не рад переезду. Гена просит у Федора взаймы сто рублей. Лена ему отказывает, но под уговорами мужа все же дает деньги. Гена приносит ей в залог аккордеон.
Когда Гена и Таня остаются одни, тот дарит Тане духи и признается в любви. Таня удивлена красноречием Гены. Она зовет его с отцом выпить чаю перед отъездом. Неожиданно Гена признается отцу, что украл у него деньги, и отдает ему сотню. Олег бежит в коридор и приносит аквариум, подаренный Геной, ставит его на место прежнего. За столом опять спор. Клавдия Васильевна уверена, что Лена за вещи продает лучшие человеческие качества, что жизнь слишком коротка, чтобы оставлять все, к чему стремишься, только для того, чтобы обставить квартиру. Таня называет Лену прорвой. Лена же говорит, что они ее никогда не поймут и что им лучше жить врозь. Клавдия Васильевна против Фединого переезда. Федор колеблется, но под давлением Лены и Леонида уступает им. Он отдает матери свою главную рукопись и просит сохранить ее.
Лапшин в гневе, что Гена признался о деньгах при всех, хочет его побить, но тот в первый раз оказывает ему сопротивление. Гена сильнее отца и с этого момента запрещает ему бить себя и мать. Лапшин удивлен и очень горд поведением сына. Таня зовет Гену на будущий год в Москву, обещает написать. Леонид, Федор и Лена уезжают.
Вы прочитали краткое содержание комедии "В поисках радости". Предлагаем вам также посетить раздел Краткие содержания , чтобы ознакомиться с изложениями других популярных писателей.
В поисках радости
Краткое содержание комедии
В старой московской квартире живет Клавдия Васильевна Савина. У нее четверо детей, все живут с нею. Старший Федор – химик, кандидат наук, недавно женился. Его жену зовут Лена. Дочь Татьяна – ей девятнадцать лет – учится в институте. Восемнадцатилетний Николай работает в ремонтных мастерских. Младшему – Олегу – пятнадцать.
Утром Лена спешит на распродажу чешских сервантов. Им скоро должны дать отдельную квартиру, и поэтому Лена целыми днями простаивает в очередях за красивой,
Дорогой мебелью. Комната, в которой происходит действие пьесы, вся заставлена уже купленной мебелью. Мебель закрыта чехлами и тряпками, и к ней никто не прикасается, так как Лена боится что-либо “попортить”. Она говорит с мужем только о мебели и о деньгах, “точит его и точит”.
К Савиным заходят Иван Никитич Лапшин и его сын Гена. Они вот уже который год приезжают в Москву к брату Ивана Никитича, который Савиным – сосед. Лапшин пришел попросить “заварочки”. Гене неловко. Он влюблен в Таню и стесняется своего отца, который предпочитает занять у другого, чем потратить свое. Иван Никитич все пытается женить сына и для этого купил ему аккордеон, чтобы “девок приманивал”, так как с инструментом “уважение будет”. Он считает, что молодежь растет слишком умная, много стала рассуждать. За завтраком он смеется над сыном, при всех рассказывая о нем разные смешные и нелепые подробности. Олег сочувствует Гене и, когда Лапшин пытается поучать и его, взрывается и делает Лапшину замечание. Тот обижается и уходит.
Олег извиняется перед Геной и говорит, что не терпит, когда людей оскорбляют. Гена же говорит, что со временем Олег к этому привыкнет. Он бесстрастно рассказывает о том, что отец бьет его и мать. Олег в ужасе, а Гена говорит, что “дубленой коже износу нет”, вытаскивает из отцовского пиджака сотню, прячет. Олег опять ужасается, но для Гены – все в порядке вещей.
К Федору заходит Леонид Павлович. Ему тридцать два года, он аспирант, хорошо зарабатывает, родители сейчас в Китае. Леонид ухаживает за Таней. Гена, увидев его, хочет уйти, но Олег останавливает его, чтобы тот посмотрел на рыбок, аквариум с которыми стоит на окне. Отходя от окна, Олег прыгает через новый письменный стол, за которым Федор разрешил Тане позаниматься, и опрокидывает пузырек с чернилами. Чернила заливают стол. Олег в ужасе. Они с Геной тщетно пытаются вытереть лужу. Гена собирается брать вину на себя, но Олег не соглашается: должна же Лена понять, что он сделал это нечаянно.
Лена привозит сервант. Она сияет, любуется вещью и рассказывает, что она из-за него вынесла. Олег пытается заговорить с ней, но она отмахивается, заводит разговор с Таней о Леониде, уговаривает ее выйти за него замуж, так как он – блестящая партия. Олегу наконец удается все рассказать. Перед этим он берет с Лены слово, что та не будет его ругать. Но Лена словно с цепи срывается, обзывает Олега “гадиной” и “хулиганом”, а узнав, что это произошло из-за рыб, хватает аквариум и швыряет его в окно. Олег бросается за ними во двор, но не успевает: рыб съедают кошки. Вернувшись, он, плача, срывает чехлы с мебели, хватает саблю, висящую над диваном, и начинает рубить вещи. Потом убегает. Гена и Коля бросаются за ним. Лена, как безумная, мечется от вещи к вещи. Федор растерянно бегает за ней следом.
Часть вещей выносят. Лене плохо. Дядя Вася – сосед Савиных – обещает починить испорченную мебель. Клавдия Васильевна беспокоится, что Олег убежал из дома. Леонид и Таня остаются одни. Леонид использует момент, чтобы еще раз напомнить Тане о своих чувствах. Таня его не слушает: ей нужно выговориться. Она вспоминает, как дружно и счастливо они жили когда-то. Теперь все это изменилось, так как изменился Федор, которого все очень любили. Таня интересуется, как к Федору относятся на работе. Леонид говорит, что их коллектив – вечная склока, борьба. Федор “танцует на прежней высоте, желая взять от нее все”. Ему стали завидовать. По словам Леонида, Федор вырабатывает свое поведение в жизни. Таня поражена и разочарована.
Федор пытается успокоить Лену. Та упрекает мужа, что он привык жить в “клоповнике целым кагалом”, что ему на нее наплевать, что все ее оскорбляют и ненавидят и что она больше здесь жить не желает ни одного дня. уходит. Федор пытается оправдать Лену перед матерью. Но она только сожалеет, что сын становится другим, мещанином, что он давно уже забросил свое “заветное” дело и вряд ли у него будут силы его продолжить. Говорит, что хорошая жена должна в первую очередь заботиться о человеческом достоинстве своего мужа. Федора зовет Лена. Разговор прерывается.
Приходят Олег и Геннадий, который прятал Олега в своей комнате, пока не улегся скандал. Гену уводит отец – собираться домой. Входят Федор и Лена. Лена пытается побить Олега. Федор их разнимает. Когда Лена уходит, Олег говорит, что отдаст все деньги за мебель, когда вырастет, и замечает, что Федор плачет. Приходит Гена и дарит Олегу новый аквариум. Олег сначала радуется, но, вспомнив, что рыбы куплены на украденную сотню, отказывается от подарка.
Лена просит Леонида пустить их с Федором до осени пожить к себе. Леонид согласен. Федор не рад переезду. Гена просит у Федора взаймы сто рублей. Лена ему отказывает, но под уговорами мужа все же дает деньги. Гена приносит ей в залог аккордеон.
Когда Гена и Таня остаются одни, тот дарит Тане духи и признается в любви. Таня удивлена красноречием Гены. Она зовет его с отцом выпить чаю перед отъездом. Неожиданно Гена признается отцу, что украл у него деньги, и отдает ему сотню. Олег бежит в коридор и приносит аквариум, подаренный Геной, ставит его на место прежнего. За столом опять спор. Клавдия Васильевна уверена, что Лена за вещи продает лучшие человеческие качества, что жизнь слишком коротка, чтобы оставлять все, к чему стремишься, только для того, чтобы обставить квартиру. Таня называет Лену прорвой. Лена же говорит, что они ее никогда не поймут и что им лучше жить врозь. Клавдия Васильевна против Фединого переезда. Федор колеблется, но под давлением Лены и Леонида уступает им. Он отдает матери свою главную рукопись и просит сохранить ее.
Лапшин в гневе, что Гена признался о деньгах при всех, хочет его побить, но тот в первый раз оказывает ему сопротивление. Гена сильнее отца и с этого момента запрещает ему бить себя и мать. Лапшин удивлен и очень горд поведением сына. Таня зовет Гену на будущий год в Москву, обещает написать. Леонид, Федор и Лена уезжают.
КОМЕДИЯ в двух действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Клавдия Васильевна Савина -- 48 лет.
Федор -- 28 лет; Татьяна -- 19 лет; Николай -- 18 лет; Олег -- 15 лет ее дети.
Леночка, жена Федора,-- 27 лет.
Иван Никитич Лапшин -- 46 лет.
Геннадий, его сын -- 19 лет.
Таисия Николаевна -- 43 лет.
Марина, ее дочь,-- 18 лет.
Леонид Павлович -- 32 лет.
Василий Ипполитович (дядя Вася) -- сосед Савиных.
Фира Канторович, Вера Третьякова - ученицы 8-го класса.
Действие первое
Комната в московской квартире, в старом доме, где-то в отдаленном от центра переулке. Справа -- дверь, ведущая в прихожую. Слева -- дверь в комнату, в которой живут Федор и его жена Лена. В середине, ближе к левому углу, дверь, которая редко бывает закрыта. Там виден небольшой коридор, заставленный домашним скарбом. В этом коридоре две двери по левой стороне: одна -- в комнату матери и Татьяны (та, что ближе) и вторая -- в кухню, и еще дверь -- прямо, она ведет во двор (черный ход). Когда эта дверь открывается, видна часть двора с только начинающими зеленеть деревьями, яркой травой, надворными постройками. В квартире голландское отопление. Правее от центральной двери -- два окна. Слева, почти у авансцены, стоит ширма, за которой, видимо, кто-то спит, так как на ширме висят брюки, рубашка и носки с резинками. Посреди комнаты -- небольшой круглый стол и старые сборные стулья. Комнате придают странный вид какие-то громоздкие предметы, укрытые материей, газетами, всевозможным тряпьем. Сейчас
они имеют фантастический вид, так как в комнате темно и только сквозь плотные шторы, вернее, через щели бьет яркий утренний свет. За ширмой горит свет -- маленькая электрическая лампочка.
Но вот она погасла.
Тихо открывается входная дверь. Стараясь не шуметь, входит Коля. Он подходит к буфету, достает ломоть хлеба, ест жадно, с аппетитом,--видимо, проголодался сильно. Подходит к ширме, отодвигает две ее створки (те, что на зрителя). За ширмой виден потрепанный диван со спинкой, на котором спит, лицом к стене, его младший брат Олег, и раскладная кровать -- постель Коли. Над диваном висит потрет молодого мужчины, а под ним на гвозде -- сабля. Николай сел на раскладушку, ест хлеб.
Олег (вдруг повернувшись, шипит). Ты дождешься, я маме скажу!
Коля продолжает есть.
Который час?
Коля. Пятый. Олег. Ого! (Нырнул под одеяло.)
Коля. Стихи, что ли, писал, полоумный?
Олег (высунув голову из-под одеяла). А ты -- бабник! (И скрылся.)
Коля продолжает есть, думая о своем.
(Снова высунулся из-под одеяла.) Ты знаешь, я ведь тоже люблю.
Коля. Чего, пирожки с мясом?
Олег. Я серьезно...
Олег (говорит, как на исповеди). Я... вот этого никто не знает... ужасно влюбчивая натура. Да, да!.. И давно!.. В четвертом классе мне одна нравилась, Женька Капустина... Хотел ее имя ножом на руке вырезать, да не получилось -- больно. Прошло... В шестом классе--Нинка Камаева... Я ее из жалости полюбил -- забитая такая была, тихая... Потом она в комсорги пролезла -- горластая стала -- жуть! -- разлюбил. А сейчас -- двоих... Да; да! Ну вот что такое -- сам не пойму. Мучаюсь ужасно!.. Верку Третьякову и Фирку Канторович... Верка -- каштановая, а Фирка -- черная... У нее глаза, знаешь, огромные и темно-претемно-синие... Я в Парке культуры анютины глазки такого цвета видел... Ну вот, клянусь тебе, наглядеться не могу! А у Верки -- коса толстая и до подколенок, а на кончике завивается. Как она ее носить не боится?.. Еще отрежут хулиганы на улице.
Коля. Они знают?
Олег. Что?
Коля. Ну, что ты влюблен в них?
Олег. Откуда же?
Коля. Не говорил?
Олег. Что ты! Так я им и скажу!.. Мучаюсь я очень... Как это у меня получилось -- сразу двоих, -- не пойму! Вот ты ведь одну любишь? Одну? Да?
Коля (нехотя). Одну.
Олег. Видишь, нормально! Я вот что придумал: напишу записку.
Коля. Кому?
Олег. Одной из них.
Коля. И что напишешь?
Олег. Не скажу.
Коля. А другой?
Олег. А другой ничего не напишу. Только я не решил, которой из них написать. Это, знаешь, самое сложное. Но решу я сразу, категорично... и никаких!
Коля. А на другой что -- жениться собираешься?
Олег. Я никогда не женюсь. Это-то решено твердо. Вон Федька наш женился -- вижу я! Вечером, когда ты ушел, тут опять чуть свара не поднялась.
Коля. Ругались?
Олег. Не очень. Я читал на диване, а они пили чай... Купила она шоколадных конфет, так мне только одну швырнула, как собаке. Хотел я эту конфету выбросить к черту, да не выдержал, съел... Сидят они за столом, и она его точит, точит... Все деньги в уме какие-то подсчитывает, о шкафах, о кушетках, о стульях разговаривает... Федьке ведь это неинтересно, а она его пилит, пилит!.. А он только: "Леночка, хорошо! Леночка, сделаю!" Тьфу!
Коля. Что особенного? Федор квартиру получает-- вот они и думают, как ее обставить. (Начинает снимать ботинки.)
Олег. А ты на Марине тоже жениться будешь?
Коля. Ну, спи!
Олег. Колька, не женись! Ну кому это вообще надо?! Занимались бы, понимаешь, люди делом, а то женятся, ругаются, пузатые буфеты покупают -разве это жизнь?!
Коля. Давай спать, Олег, не нашего ума это дело.
Олег. В общем, конечно, но обидно... Мне Федю жаль. Вечером к нему Леонид Павлович приходил... Ты знаешь, Леонид Павлович из-за нашей Таньки сюда ходит, честное слово! Она ему нравится. Татьяна, может быть, за него замуж выйдет... Только вот мне почему-то не хочется, чтобы за Леонида Павловича...
Коля. Он аспирант, зарабатывает хорошо, квартира есть...
Олег. А зачем все это? Я бы вот этот свой диван ни на что в мире не променял!.. Разве что на путешествия!.. Гена Лапшин тоже заходил на минуточку. Увидел Леонида Павловича и ушел. Они с отцом скоро обратно уезжают. Ему наша Танька тоже нравится...
Коля. Уж очень ты много видишь...
Олег. Все вижу и молчу. Думают -- маленький. Вот только тебе... Мне ведь, в общем, конечно, все равно, только интересно...
Коля (вешая рубашку на ширму). А чего не спал?
Олег. Сначала читал, а потом стихи сочинял в уме. Вчера туман над Москвой был, помнишь?.. Я и сочинил про туман.
Коля. Сочинил?
Олег. Не до конца.
Сегодня за окном туман,-
Открою двери и растаю!
Домов верблюжий караван
Куда-то в дымке уплывает.
Дороги шум и улиц гам
Как будто тонут в хлопьях ваты,
И я плыву по облакам,
И невесомый и крылатый...
Пока все.
Коля. Куда же ты плывешь?
Олег. Не знаю. (Задумался.) Давай спать. (Скрылся под одеялом.)
Коля закрывает ширму. На ширме появляются его брюки. Через некоторое время входит Клавдия Васильевна. Она прикрыла дверцу буфета, которую не закрыл Коля, посмотрела на ширму, достала из шкафа две рубашки, сняла с ширмы рубашки ребят и повесила туда чистые. За окном слышатся нечастые удары топора по дереву. Входит Леночка.
Клавдия Васильевна. Вы что рано, Леночка? Леночка. Поеду в центр. На Дмитровке, сказали, сегодня будут чешские серванты давать. Займу очередь. Клавдия Васильевна. Я поставлю чайник.
Леночка. Нет, нет! Что-нибудь на скорую руку. У нас, кажется, еще ветчина есть. (Ушла в свою комнату и быстро возвратилась со сверточком. Развернула его, села к столу, торопливо закусывает.)
Клавдия Васильевна. Может быть, повременить, Леночка?
Леночка. Такие серванты раз в году бывают, а квартиру мы получим самое позднее к августу -- дом уже достраивается. Вы думаете, я сама не понимаю, мама? Конечно, этим вещам здесь не место, могут попортить. Мальчики такие неаккуратные! Ну, вот! Кажется, кто-то рылся в книгах! (Подошла, приподняла материю, скрывающую какой-то предмет. Это -- груда книг.) Конечно! Нет седьмого тома Джека Лондона!.. Мы же просили не трогать! Подписное издание! Уж брали бы что-нибудь из современных -- не жалко!
Розов Виктор
В поисках радости
Виктор Розов
В поисках радости
КОМЕДИЯ в двух действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Клавдия Васильевна Савина -- 48 лет.
Федор -- 28 лет; Татьяна -- 19 лет; Николай -- 18 лет; Олег -- 15 лет ее дети.
Леночка, жена Федора,-- 27 лет.
Иван Никитич Лапшин -- 46 лет.
Геннадий, его сын -- 19 лет.
Таисия Николаевна -- 43 лет.
Марина, ее дочь,-- 18 лет.
Леонид Павлович -- 32 лет.
Василий Ипполитович (дядя Вася) -- сосед Савиных.
Фира Канторович, Вера Третьякова - ученицы 8-го класса.
Действие первое
Комната в московской квартире, в старом доме, где-то в отдаленном от центра переулке. Справа -- дверь, ведущая в прихожую. Слева -- дверь в комнату, в которой живут Федор и его жена Лена. В середине, ближе к левому углу, дверь, которая редко бывает закрыта. Там виден небольшой коридор, заставленный домашним скарбом. В этом коридоре две двери по левой стороне: одна -- в комнату матери и Татьяны (та, что ближе) и вторая -- в кухню, и еще дверь -- прямо, она ведет во двор (черный ход). Когда эта дверь открывается, видна часть двора с только начинающими зеленеть деревьями, яркой травой, надворными постройками. В квартире голландское отопление. Правее от центральной двери -- два окна. Слева, почти у авансцены, стоит ширма, за которой, видимо, кто-то спит, так как на ширме висят брюки, рубашка и носки с резинками. Посреди комнаты -- небольшой круглый стол и старые сборные стулья. Комнате придают странный вид какие-то громоздкие предметы, укрытые материей, газетами, всевозможным тряпьем. Сейчас
они имеют фантастический вид, так как в комнате темно и только сквозь плотные шторы, вернее, через щели бьет яркий утренний свет. За ширмой горит свет -- маленькая электрическая лампочка.
Но вот она погасла.
Тихо открывается входная дверь. Стараясь не шуметь, входит Коля. Он подходит к буфету, достает ломоть хлеба, ест жадно, с аппетитом,--видимо, проголодался сильно. Подходит к ширме, отодвигает две ее створки (те, что на зрителя). За ширмой виден потрепанный диван со спинкой, на котором спит, лицом к стене, его младший брат Олег, и раскладная кровать -- постель Коли. Над диваном висит потрет молодого мужчины, а под ним на гвозде -- сабля. Николай сел на раскладушку, ест хлеб.
Олег (вдруг повернувшись, шипит). Ты дождешься, я маме скажу!
Коля продолжает есть.
Который час?
Коля. Пятый. Олег. Ого! (Нырнул под одеяло.)
Коля. Стихи, что ли, писал, полоумный?
Олег (высунув голову из-под одеяла). А ты -- бабник! (И скрылся.)
Коля продолжает есть, думая о своем.
(Снова высунулся из-под одеяла.) Ты знаешь, я ведь тоже люблю.
Коля. Чего, пирожки с мясом?
Олег. Я серьезно...
Олег (говорит, как на исповеди). Я... вот этого никто не знает... ужасно влюбчивая натура. Да, да!.. И давно!.. В четвертом классе мне одна нравилась, Женька Капустина... Хотел ее имя ножом на руке вырезать, да не получилось -- больно. Прошло... В шестом классе--Нинка Камаева... Я ее из жалости полюбил -- забитая такая была, тихая... Потом она в комсорги пролезла -- горластая стала -- жуть! -- разлюбил. А сейчас -- двоих... Да; да! Ну вот что такое -- сам не пойму. Мучаюсь ужасно!.. Верку Третьякову и Фирку Канторович... Верка -- каштановая, а Фирка -- черная... У нее глаза, знаешь, огромные и темно-претемно-синие... Я в Парке культуры анютины глазки такого цвета видел... Ну вот, клянусь тебе, наглядеться не могу! А у Верки -- коса толстая и до подколенок, а на кончике завивается. Как она ее носить не боится?.. Еще отрежут хулиганы на улице.
Коля. Они знают?
Олег. Что?
Коля. Ну, что ты влюблен в них?
Олег. Откуда же?
Коля. Не говорил?
Олег. Что ты! Так я им и скажу!.. Мучаюсь я очень... Как это у меня получилось -- сразу двоих, -- не пойму! Вот ты ведь одну любишь? Одну? Да?
Коля (нехотя). Одну.
Олег. Видишь, нормально! Я вот что придумал: напишу записку.
Коля. Кому?
Олег. Одной из них.
Коля. И что напишешь?
Олег. Не скажу.
Коля. А другой?
Олег. А другой ничего не напишу. Только я не решил, которой из них написать. Это, знаешь, самое сложное. Но решу я сразу, категорично... и никаких!
Коля. А на другой что -- жениться собираешься?
Олег. Я никогда не женюсь. Это-то решено твердо. Вон Федька наш женился -- вижу я! Вечером, когда ты ушел, тут опять чуть свара не поднялась.
Коля. Ругались?
Олег. Не очень. Я читал на диване, а они пили чай... Купила она шоколадных конфет, так мне только одну швырнула, как собаке. Хотел я эту конфету выбросить к черту, да не выдержал, съел... Сидят они за столом, и она его точит, точит... Все деньги в уме какие-то подсчитывает, о шкафах, о кушетках, о стульях разговаривает... Федьке ведь это неинтересно, а она его пилит, пилит!.. А он только: "Леночка, хорошо! Леночка, сделаю!" Тьфу!
Коля. Что особенного? Федор квартиру получает-- вот они и думают, как ее обставить. (Начинает снимать ботинки.)
Олег. А ты на Марине тоже жениться будешь?
Коля. Ну, спи!
Олег. Колька, не женись! Ну кому это вообще надо?! Занимались бы, понимаешь, люди делом, а то женятся, ругаются, пузатые буфеты покупают -разве это жизнь?!
Коля. Давай спать, Олег, не нашего ума это дело.
Олег. В общем, конечно, но обидно... Мне Федю жаль. Вечером к нему Леонид Павлович приходил... Ты знаешь, Леонид Павлович из-за нашей Таньки сюда ходит, честное слово! Она ему нравится. Татьяна, может быть, за него замуж выйдет... Только вот мне почему-то не хочется, чтобы за Леонида Павловича...
Коля. Он аспирант, зарабатывает хорошо, квартира есть...
Олег. А зачем все это? Я бы вот этот свой диван ни на что в мире не променял!.. Разве что на путешествия!.. Гена Лапшин тоже заходил на минуточку. Увидел Леонида Павловича и ушел. Они с отцом скоро обратно уезжают. Ему наша Танька тоже нравится...
Коля. Уж очень ты много видишь...
Олег. Все вижу и молчу. Думают -- маленький. Вот только тебе... Мне ведь, в общем, конечно, все равно, только интересно...
Коля (вешая рубашку на ширму). А чего не спал?
Олег. Сначала читал, а потом стихи сочинял в уме. Вчера туман над Москвой был, помнишь?.. Я и сочинил про туман.
Коля. Сочинил?
Олег. Не до конца.
Сегодня за окном туман,-
Открою двери и растаю!
Домов верблюжий караван
Куда-то в дымке уплывает.
Дороги шум и улиц гам
Как будто тонут в хлопьях ваты,
И я плыву по облакам,
И невесомый и крылатый...
Пока все.
Коля. Куда же ты плывешь?
Олег. Не знаю. (Задумался.) Давай спать. (Скрылся под одеялом.)
Коля закрывает ширму. На ширме появляются его брюки. Через некоторое время входит Клавдия Васильевна. Она прикрыла дверцу буфета, которую не закрыл Коля, посмотрела на ширму, достала из шкафа две рубашки, сняла с ширмы рубашки ребят и повесила туда чистые. За окном слышатся нечастые удары топора по дереву. Входит Леночка.